Дождь как память

Дождь регулярно сопровождает сцены воспоминаний, снов и переходных состояний сознания героя, становясь визуальным маркером сдвига во времени и снятия границы между настоящим и прошлым. Особенно последовательно работает у Тарковского, но встречается и шире — как часть общей «поэтической» традиции советского авторского кино.